Письмо архимандриту Софронию (Сахарову)
26 января 1961 года

ПЕРЕВОД: Андрей Кириленков
ИСТОЧНИК: The Hidden Ground of Love. The Letters of Thomas Merton on religious Experience and Social Concerns", selected and edited by William H. Shannon. Farrar, Straus, Giroux, New York, 1985.

Ваше преподобие, дорогой архимандрит Софроний,

Монахи обычно не отвечают на письма так же скоро и аккуратно, как те, кто живет в миру. И все-таки, мне неловко от того, что я так долго молчал. Надеюсь, Вы меня поймете.

Я получил Ваше октябрьское письмо и посылку. Книги и статьи, из присланных Вами, все прочел. Я тронут тем, как просто, сердечно Вы пишете о монашеском опыте. В Ваших взглядах столько правды, непредвзятости, что я могу говорить с Вами по душам. Не знаю только, с чего начать, - так много хочу cказать.

Прежде всего, старец Силуан, о котором Ваша книга, являет поразительный образ святости - вместе и современной, и вполне традиционной, монашеской. В наши дни святые особенно чутки к «темной стороне» премудрости, надежде, побеждающей отчаяние, к опыту ада. Они знают «темную сторону» истины, прекрасную премудрость, заглушенную, казалось бы, греховным хаосом. О, как порой падаешь духом от того, что неспособен творить добро, настоящее добро! Как отвратительна бывает привычная набожность. Ложь, лукавый пугающе вездесущи, но мы не вправе впадать в отчаяние. Надо просто, как старец Силуан, «держать свой ум в аду и не отчаиваться». Не на ложь надо устремлять свой взор, а на истину с ее затемненным ликом, подобную Отроку Господню, неприметному, не имеющему ни вида, ни величия, но восходящему, как росток из сухой земли.[1] Не прекрасная ли Премудрость Божия веселится пред лицом Отца во все время.[2]

Вы прекрасно, убедительно, глубоко пишете об аскетике. Хочу еще поразмышлять над Вашими статьями, поучиться монашеству. Как Вы знаете, я очень люблю духовность Афона, целостную, не утратившую, в отличие от многих других традиций, динамизма и силы. Конечно, не все так безоблачно на св. Горе. Но разве на этой земле есть совершенство? Я, видимо, понимаю эту духовность (Ваши замечания – великое для меня утешение), просто потому, что люблю ее.

Больше всего мне понравилась Ваша статься о единстве Церкви. Вы,наверное, не высказали в ней все, что хотели, но мне очень близок Ваш подход. Я, признаюсь, - горячий сторонник этого прекрасного и истинного учения; много о нем думаю, но главное - пытаюсь воплотить его в жизнь, вместить всю христианскую истину и любовь, так чтобы всех христиан, всех, действительно пребывающих во Христе, охватить своей жизнью, по крайней мере - любовью. Мы должны любить истину, где бы она ни была, идти прямо к ней, не оглядываясь назад. Разве важно, в какой богословской школе она родилась? Поистине, Церковь должна быть Матерью, Церковью Любви Христовой, с любовью принимающей всякого и дарующей свою премудрость. Вы прекрасно знаете, сколько горестей выпадает на долю ищущих истину в любви, а не в формулах ... правилах, программах, проектах...

Пути Господни неисповедимы. Кто знает, увидимся ли мы на земле? Но обязательно - я на это уповаю - встретимся на небесах.

Св. Григорий Палама мне очень интересен. Правда, все осложняется тем, что я не могу читать его в подлиннике; надо бы выучить греческий. Хочу приобщить молодых священников из нашего монастыря к мистическому богословию (а разве не всякое богословие мистическое ?!); расскажу им об исихазме. Да, я знаком с иисусовой молитвой; люблю ее и творю, хотя и не очень искушен в этом делании. Я узнал о ней уже после того, как - благодатью Божией - «нашел сердце»; много раз падал, не зная краткого пути. Не могу сказать, что завишу от нее, ведь она не вела меня шаг за шагом. Просто читаю ее, когда донимают помыслы, трудно сосредоточиться или устал. ...

Жду от Вас, дорогой отец, вестей, спасительного слова. Посоветуйте что-нибудь. Премудрость протягивает мне руку, а я не знаю, как ухватиться за нее. Я ищу и нахожу свое сердце в пустоте, безмолвии; стараюсь бодрствовать, быть готовым, когда в дверь постучит Жених. Но дверь вдруг отворяется сама собой. ... Или же, подобно старцу Силуану, испытываю натиск полной фантомами темноты.

Все, что Вы рассказали о своей маленькой общине, мне очень дорого. Молюсь о Вас за Божественной литургией. Буду какое-то время творить иисусову молитву о Вас, в единстве с Вами. Надеюсь, лучше пойму ее.

Что Вы имеете в виду, когда пишите, что исполняете свое (молитвенное) правило иисусовой молитвой? Вы отводите только ей какое-то определенное время? Как Вы это делаете? Мне это очень интересно.

С благословения отца настоятеля, делаю первые шаги к уединенной жизни - после полудня остаюсь в нововыстроенном скиту, очень красивом. Я несказанно рад и такой малости. Помолитесь, чтобы мне принести добрый плод.

Ваше преподобие, отец Софроний, письмо получилось слишком длинное. Надеюсь, Вы в добром здравии. Кланяюсь Вам и Вашей братии. Нет ли у Вас кого-либо из друзей, особенно с Афона, кто мог бы находиться в Соединенный Штатах? Я бы с радостью принял его для беседы. О. Иоанну Мейендорфу в Нью-Йорк я еще не написал, но сделаю это.

[1] «Он взошел перд Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему». (Ис. 53:2) «Отрок Господень» - Ис. 42:1. «Раб, слуга Господень» - Ис. 49

[2] «Я была при Нем художницею, была родостию всякий день, веселясь пред лицем Его во все время». (Притч. 8:30)
<<наверх>>